Сергей Владимирович Михалков
посвящается к 95 летию писателя
Поиск по сайту
Поиск по книгам:


Сборники
Рассказы и сказки

3

        Упманис. Вот что, волчата! Вам придется сегодня пообедать второй раз, и не совру,  если скажу,  что вы останетесь довольны.  (Смеется,  начинает сам раскладывать кашу по тарелкам.)  На этот раз вы будете сыты по горло,  и вам не  придется вылизывать свои  миски так,  что  их  можно даже не  мыть после вашего обеда.  Нечего переглядываться.  Будет все,  как я сказал:  здесь нет никакого подвоха. Вот я ставлю перед вами по полной тарелке, даю команду - и вы  начинаете работать ложками.  Это  вы  умеете делать,  этому вас не  надо учить.

        Толя. А за что нас будут кормить второй раз?

        Упманис.  Ваше  дело  -  прочитать молитву  и  сесть  за  стол.  Нечего спрашивать,  зачем это  нужно.  Вас  будут фотографировать для американского журнала.  И вы должны вести себя как джентльмены,  как порядочные люди, а не как голодные волчата. Помните, что вы счастливчики. Я сам отобрал вас из ста двадцати таких же дармоедов, как вы. (Смотрит на Сашу.)

        Владис. Мы вам очень благодарны, мистер Упманис!

        Упманис. То-то!.. Не всегда же я вас наказываю. Это надо ценить.

        Владис. Мы это ценим, мистер Упман!

        Упманис.    К    сожалению,    вместо    благодарности  некоторые  из    вас предпочитают упрямиться и нарушать порядок,  раз навсегда заведенный в нашем приюте. Садитесь к столу и ждите. Ждите моей команды.

                  Мальчики садятся за стол. Упманис и служащий с кастрюлей

                  уходят.

        Толя (смотрит в тарелку с кашей). С маслом!

                  Все смотрят в тарелки с кашей.

        Саша. Когда я был маленький, моя мама кормила меня тоже белой кашей.

        Толя. На молоке? Она была на сгущенном молоке, я знаю.

        Владис (Толе). Положи ложку. Упман сказал, чтобы мы ждали его команды.

        Толя.  Я  только попробую...  (Пробует кашу.) Мы никогда еще не обедали два раза в день...

        Саша. Зато нас иногда сажали по два раза в карцер.

        Владис.  Надо слушаться,  тогда не будут сажать.  Я слушаюсь, и меня не наказывают. Я еще ни разу не сидел в карцере.

        Саша.  Тебе хорошо говорить: ты латыш, и мистер Упманис тоже латыш. А я русский! Мистер Упманис русских не любит.

        Владис. Это потому, что русские не любят латышей.

        Саша. А Смайда сказала, что это неправда. Она тоже латышка.

        Толя. Еще она сказала, что я, может быть, тоже русский.

        Владис. Ты поляк.

        Толя. Почему я поляк?

        Владис. Мистер Скотт сказал, что ты поляк.

        Толя. Я не поляк.

        Владис.  Ты самый настоящий поляк. Я латыш. (Саше.) Ты русский. (Толе.) Ты поляк. (Молчавшему до сих пор Жене.) А ты кто?

        Женя. Я еще не знаю. Мне еще не сказали, кто я... (Жадно смотрит в свою тарелку.) Я все-таки попробую...

                  Женя  пробует  кашу.  Входит  Упманис.  Женя  ест  кашу.

                  Мальчики  видят Упманиса, но никто не предупреждает Женю

                  об  опасности. Упманис подходит сзади к Жене и несколько

                  раз тычет его лицом в тарелку.

        Упманис.  Я,  кажется,  ясно  сказал:  ждать моей  команды!  Разве была команда есть кашу?

                  В  столовую  входят  Скотт и Додж. На груди у американки

                  фотоаппарат  с  открытым  объективом,  в  руках блокнот.

                  Мальчики вытягиваются при виде начальства. Женя вытирает

 

 


Фотогалерея

Mihalkov 29
Mihalkov 28
Mihalkov 27
Mihalkov 26
Mihalkov 25

Статьи
















Читать также


Стихотворения
Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Михалкова?


ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту